Войти на сайт

Войди на сайт, используя одну из соцсетей:

×
Ты уже голосовал за этот комментарий
Наверх


Новости

Гамлет или Румата и с какой стороны зрительный зал?

Со сцены Южной Пальмиры
1 октября 2015 в 00:19
721 просмотр

Одесса – праздничный, яркий, эффектный город. Здесь сложно долго грустить, но всегда хочется наблюдать за тем, как этот город живет, играет, поет и открывает для себя новые миры. Кстати, что вы знаете о тех, благодаря кому и с чьей легкой руки Одесса продолжает оставаться местом, в котором театр и кино являются не просто словом, а настоящей реальностью, которая каждый день находится рядом с нами и приносит удовольствие? Конечно, мы имеем в виду одесских актеров. Сегодня в рубрике «Из Одессы с любовью» мы решили побеседовать именно с ними.

Итак, одесские актеры о…

… приходе в профессию, первых шагах, любимых жанрах, творческом подходе

ВЫХОДНОЙ: Как вышло, что вы стали актрисой/актером?

Александра Лосева, актриса, режиссер и сценарист театра «Буффон»

На фото - сцена из спектакля "Моя любимая марионетка" (2011 г.). Фото из личного архива Александры Лосевой.

Это произошло с легкой руки моего первого работодателя, с которым я познакомилась еще во время учебы в десятом классе. Это была директор литературно-артистической школы «Литаврия» при Одесском литературном музее Наталья Александровна Романовская. Помню, что она увидела меня на каком-то концерте, в одном из клубов авторской песни, где я выступала, и после концерта просто подошла и предложила мне работу. Я не знаю, почему она решила, что у меня это получится, но именно благодаря этому, тому, что она подарила мне возможность творить и поверила в меня, я начала играть на сцене.

Конечно, у меня были мысли поступить на актерский факультет, но в тот период, – после школы – это казалось нерациональным, да и «заморочки» человека, который уже решил стать филологом, мешали. Я же шла по своему собственному пути и очень много писала. Тем не менее, играть мне тоже хотелось, и именно в артистической школе «Литаврия», в любительском театре «Девять муз», родились мои первые, тогда еще довольно наивные и смешные рольки.

Артур Зайцев, актер, поэт

На фото - фрагмент выступления на презентации альманаха-перформанса Alpfa Centauri. Фото из личного архива Артура Зайцева.

Все началось с большого взрыва, но не в масштабе Вселенной, а в голове моей матери. В какой-то момент она решила, что я должен попробовать себя в искусстве и осуществить ее мечты об актерской профессии. Она меня и засунула – по-другому не скажешь – в театральную школу, где я проучился две недели, после которых просто начал прогуливать уроки. Дело в том, что мне все это жутко не нравилось, я не понимал, зачем мне это нужно. Пока… пока не встретил одну прекрасную девочку, которая также занималась в театралке, но не в обычной, а расположенной при центре еврейской культуры. Работал там профессиональный режиссер, но это было не главным, – важно было, что я мог ходить туда и видеть ее каждый день.

Все это происходило, когда я жил в Ильичевске, а продолжение моей «актерской» истории уже относится к Одессе, где я поступил в театральную школу № 37, которую мне удалось неплохо закончить, с тем, чтобы позднее поступить в Киевский университет искусств им. Карпенко-Карого.

Олег Карпенко, актер, режиссер

На фото - фрагмент фильма "Тайна темной комнаты" (2014 г.). Фото из личного архива Олега Карпенко.

Первый раз шепот внутреннего голоса, утверждающего, что я – актер, я услышал лет в восемь. Тогда я влюбился в кукольный театр, всякие постановки дома делал. Я сам делал кукол из папье-маше, по всем правилам, и устраивал домашние спектакли. Мне хотелось быть поначалу актером именно кукольного театра. А в подростковом возрасте я получил от родителей в подарок восьмимиллиметровую камеру «Аврора» и начал снимать свое кино. Тогда я почувствовал, что это уж точно мое. Тогда же начался и школьный театр, руководителем которого я был, при средней школе № 16, и другие вещи, которые стали неотъемлемой частью моей жизни как человека, который играет и пытается сам делать определенные вещи как режиссер.

В целом, это шло от желания развлекать. Я чувствовал, что у меня есть к этому способности, и мне очень нравилось, когда я вызывал у людей какие-то эмоции, – прежде всего, положительные, конечно. Мне нравилось, когда люди смеялись, когда люди над чем-то. Есть такая формулировка, описывающая актерскую профессию: публичный клоун. Вот это мне очень нравится. Я, наверное, публичный клоун, но, может быть, так как я играю не только в комедиях, но и в разножанровых фильмах, и читаю разножанровые вещи, это – не совсем правильное слово, но… развлекатель такой, скоморох, что ли. Мне нравится работать на публику в хорошем смысле.

В.: В каких жанрах вам больше всего нравится работать?

Александра Лосева, актриса, режиссер и сценарист театра «Буффон»

На фото - фрагмент спектакля "О тебе" (2015 г.). Фото из архива Александры Лосевой.

В разных. Но вообще, у меня внутри живет Труффальдино из Бергамо. Такой Константин Райкин в моей душе скачет. Мне близка комедия дель арте, потому что она удобна тем, что в ней можно все – и постмодернизм, и классика, я не знаю, нуар какой-нибудь, – ради Бога, пожалуйста, все что угодно. Труффальдино можно все. Как и Фигаро. Так как я люблю делать то, что мне в голову стукнет, они у меня там вдвоем обычно чудят.

Артур Зайцев, актер, поэт

Фото из личного архива Артура Зайцева

Если честно, мне никогда не нравились героические роли, я вообще не люблю играть центральных персонажей, мне не близки романтические истории, хотя существует такой стереотип, что актер, приходя в театр, получает определенное амплуа, и согласно ему должен подбирать себе образы. Я люблю характерные роли, а мой любимый жанр – комедия положений. Пусть это будет маленькая, эпизодическая роль, на два выхода, но она будет интересной, яркой, и в ней можно будет воплотить целый пласт из жизни героя. К примеру, я вспоминаю свою работу в дипломном спектакле «Двери хлопают» по пьесе Мишеля Фермо. Это произведение никогда не ставилось на сцене и было адаптировано для радио. Мы с нашим курсом сделали из него настоящую театральную постановку. Так вот, там я играю дворецкого, работающего в богатой семье, – эксцентричного мужчину по имени Арсен, ненавидящего свою работу и оттого делающего ее из рук вон плохо. Но хозяева дома, прекрасно понимающие, что никакого толку от него нет, тем не менее, не могут его уволить, потому что Арсен знает все тайны этого дома, кто кого любит и ненавидит, кто с кем крутит интриги и так далее. И каждый раз, когда он беседует с хозяевами, его слова наполнены подтекстом, в котором читается подлинное отношение к происходящему, скрытое за любезной маской бесстрастного слуги. И так продолжается многие годы – дворецкий, который мечтает уйти и стать музыкантом, и семья, которая терпит его из страха разоблачения. Это очень смешная и яркая история.

Олег Карпенко, актер, режиссер

Фото из личного архива Олега Карпенко

Вы знаете, я очень осторожно к этому отношусь. К примеру, я не понимаю слова «амплуа». На кастингах или при заполнении анкет постоянно поднимается вопрос о том, какое у меня амплуа, – потому что это удобно для продюсеров и режиссеров, так им легче определить, что может сделать актер и в каком фильме он будет наиболее органичен. Но у меня нет амплуа. Мне нравится все играть. Вот все, что мне интересно, то я и играю. Потом, возвращаясь к своей фильмографии, видишь, что статистически в ней преобладают какие-то определенные роли. Но в жанровом отношении мне нравится играть все: и трагедию, и комедию в стиле гротеск, и драму. У меня есть плохие, хорошие, непонятные, хитрые, злые, маньякообразные персонажи. Есть добрый отец семейства и запутавшийся игрок. Когда материал интересен, то, вне зависимости от жанра, мне нравится это играть. Пожалуй, больше всего у меня все-таки ролей, которые заставляют зрителя улыбаться, но особых, специфических предпочтений в отношении жанра у меня нет.

В.: Существует два подхода к работе над ролью – условно «метод Моцарта», построенный на чистом озарении и творчестве, и «метод Сальери», который предполагает рациональный последовательный разбор образа. Какой из них вам ближе?

Александра Лосева, актриса, режиссер и сценарист театра «Буффон»

На фото - фрагмент спектакля "Моя любимая марионетка" (2011 г.) Фото из личного архива Александры Лосевой.

Любые способности можно примирить с рациональностью, если очень повезет с теми, кто научит тебя этому, то есть, с хорошими преподавателями. Мне в этом смысле повезло: каждый из тех, с кем я в разное время работала, дал мне очень много именно в смысле умения работать над ролью и объединять подход Джулии Ламберт из романа С. Моэма «Театр», которая могла искренне плакать на сцене и тут же думать о том, насколько красиво она при этом выглядит, и подход Станиславского, который требует исключительного погружения в роль. Мои учителя – и Наталья Романовская, и Николай Коваль, и Сергей Коротков – помогли мне найти способ объединить эти два метода, чтобы в итоге получить результат, который заставит зрителя верить моему герою. Я ведь не училась в специализированном учебном заведении, у меня был и есть свой путь, я – магистр русской филологии и много времени тратила и трачу на писательство, на написание песен, а актерство – это всегда был такой побочный продукт, который мне очень нравился и приносил массу удовольствия. И все особенности профессии я постигала на собственном опыте. Впоследстии, надо сказать, когда ко мне уже как к режиссеру стали приходить в театр «Буффон» девочки, которые учились на актерских курсах или в школе при Одесской киностудии, я увидела, что у них есть определенные ограничения. Они прекрасно обучены, у них профессионально поставленные голоса, но при этом они сами как бы «оквадраченные», как будто состоящие из прямых углов. Ты ее слушаешь, – как она интонирует! А общее впечатление – манекен. Человека там нет, персонажа нет. Есть текст, произнесенный красивым хорошо поставленным голосом. И ты понимаешь, что вроде бы все хорошо, логически все интонации выстроены, но ты сидишь, смотришь на это, и тебя не торкает. Ну не цепляет. А зачастую выходит девочка, у которой не все хорошо с дикцией, где-то она угловатая и где-то она еще боится себя, не знает, куда деть руки, но она проживает эту роль, и у нее есть там и Станиславский, и Джулия Ламберт внутри, и она выглядит лучше, естественнее, и пронимает зрителя больше, чем девочки, обученные стандартам и этим правилам. Что совершенно не означает, что этим правилам не нужно учиться. Вопрос в том, как ими пользоваться.

Артур Зайцев, актер, поэт

Фото из личного архива Артура Зайцева

На самом деле, актерская профессия никогда не строится на каком-то озарении, – это большая работа мозга. Можно часто встретить сотни девочек, которые жаждут попасть на актерский факультет или в актерскую школу, потому что они в жизни постоянно эффектно ревут, плачут, смеются, непонятно что еще делают и думают, что из этого состоит актерская профессия. А мозги у них не соображают. Вот в этом и проблема. Актерство – это психологическая работа. Ты должен понимать, почему твой персонаж совершает тот или иной поступок, зачем он это делает, ты должен это оправдать, – в первую очередь, для себя. Конечно, здорово, когда ты смотришь на роль и примерно представляешь себе, как это будет выглядеть на сцене. Но все равно, когда ты начинаешь углубляться, появляется все больше вопросов. Можно играть поверхностно – как пошло, так и поехало. Но я – сторонник того, чтобы идти в глубь этого персонажа и искать в нем то, что не видно на поверхности. А для этого нужно постоянно совершенствоваться и работать над собой. Бывает так, чтоб тебе дают роль, и ты понимаешь, что этот персонаж совершенно тебе не близок, он не имеет ничего общего с тобой, и ты не представляешь, как это играть. Но потом тебе вдруг становится прикольно, ты начинаешь увлекаться, думаешь, а что бы этот персонаж сделал в той или иной ситуации, как бы он поступил. И понемногу роль начинает складываться.

Олег Карпенко, актер, режиссер

Фото из личного архива Олега Карпенко
Сложно говорить о работе над ролью, особенно, оценивая ее результат, как и процесс, потому что крайне редко получается именно то, чего ты хочешь. Ты рисуешь одно, а потом в реальности оно воплощается немного по-другому. И когда у тебя происходит вот этот самый редкий день, когда полученный результат совпадает с замыслом, хоть чуть-чуть, хотя бы на 75-80 процентов, – это практически какое-то неземное состояние счастья. И, кроме того, есть же, кроме твоего актерского, режиссерское видение. То, что ты делаешь, должно быть как-то созвучно с тем, что придумал режиссер и задумал. Эта диалектика «актер – режиссер» тоже огромную роль играет, зачастую разрушая то, что ты вложил в предложенную тебе работу. Но ты обязан выполнить то, что хочет режиссер, так как это его фильм.

Продолжение следует

Беседовала Яна Пизинцали




Популярное в блоге





Нет комментариев